В этом материале мы:

•  Даём целостную картину рынка на основе официальных и отраслевых данных;
•  Показываем, где именно сосредоточены деньги — на реальных примерах закупок и тендеров;
• Собрали отраслевую таблицу продукции из дерева и мебели с актуальным статусом в реестре Минпромторга, чтобы производитель мог быстро оценить свои возможности;
• Объясняем, почему сегодня реестр — это не формальность, а инструмент выживания и роста.

Отрасль и её структура

Деревообрабатывающая промышленность России является частью лесного промышленного комплекса (ЛПК) и формирует порядка 38% его общего объёма. Отрасль охватывает как механическую, так и химико-механическую переработку древесины и включает широкий спектр продукции: пиломатериалы, фанеру и шпон, древесно-стружечные и древесно-волокнистые плиты (ДСП, ДВП, ЛДСП, МДФ), готовые деревянные изделия, мебель, домокомплекты, спички и другие продукты глубокой переработки.

Мебельная промышленность входит в структуру деревообработки как самостоятельный сегмент и объединяет производство мебели и комплектующих. Это один из самых ёмких и чувствительных к спросу рынков. Объём мебельного рынка России оценивается в сотни миллиардов рублей, при этом устойчивый внутренний спрос, особенно в B2B-сегменте, делает его стратегически важным для отрасли.

Сегменты рынка

Деревообработка (ЛПК)

По экспертным оценкам, деревообрабатывающий сектор делится на следующие ключевые сегменты:

Мебельная промышленность

Мебельный рынок традиционно делится на три ценовых сегмента:

• Эконом-класс (массовый рынок),
• Средний сегмент,
• Премиум (дизайнерская мебель и изделия под заказ).

По каналам продаж рынок фактически разделён между B2C-направлением (розница) и B2B-сегментом (корпоративные и государственные заказы). Для крупных производителей доли этих каналов во многих случаях уже сопоставимы, а для части компаний B2B становится ключевым источником загрузки производственных мощностей.

Объём рынка, рост и экспорт

Последние два года продемонстрировали противоречивую динамику развития отрасли.

• В 2024 году производство продукции деревообрабатывающего комплекса показывало рост по ключевым видам продукции — пиломатериалам, фанере и мебели, по отраслевым оценкам.
• Внутренний спрос увеличился более чем на 25%, а доля отечественной продукции на рынке достигла примерно 89%.
• Экспорт продукции ЛПК в 2024 году составил порядка $9–9,1 млрд, при этом в 2025 году стали заметны признаки замедления темпов роста.
• Мебельное производство в 2024 году демонстрировало уверенную положительную динамику, а объём рынка оценивался в диапазоне 500–627 млрд рублей.

В то же время в 2025 году отрасль перешла в фазу охлаждения. Снизились объёмы заготовки древесины, усилилось давление на себестоимость, сократился экспорт в недружественные страны, что напрямую отразилось на финансовых показателях производителей.

Крупнейшие игроки

В сегменте деревообработки доминируют вертикально интегрированные холдинги, контролирующие значительную часть цепочки создания стоимости:

• «Илим»
• Segezha Group
• «Свеза» (фанера)
• Mondi Russia
• Архангельский ЦБК и другие

Мебельная промышленность, напротив, остаётся высоко фрагментированной. Рынок представлен как крупными фабриками, так и средним и малым бизнесом. Характерный пример — фабрика «Корона», работающая в смешанной модели B2C и B2B и совмещающая розничные продажи с выполнением корпоративных заказов.

Конкуренция и ограничения роста

Несмотря на сохраняющийся внутренний спрос, деревообрабатывающая и мебельная промышленность сегодня функционируют в условиях усиливающегося давления сразу по нескольким направлениям.

Одним из ключевых внутренних вызовов остаётся высокая импортозависимость по критически важным комплектующим — фурнитуре, механизмам трансформации, металлическим каркасам и отдельным видам крепежа. Поставки из Китая, Турции и других стран формируют дополнительные ценовые риски, которые напрямую отражаются на себестоимости конечной продукции.

Параллельно отрасль сталкивается со снижением маржинальности. Производителям приходится балансировать между ростом издержек и ограниченной готовностью потребителя принимать повышение цен. Давление со стороны розничных сетей и маркетплейсов усиливает ценовую конкуренцию, что особенно чувствительно для среднего бизнеса и фабрик с низким уровнем автоматизации.

Отдельным системным ограничением остаётся кадровый дефицит, усугубляемый технологическим отставанием части производств. Недостаток квалифицированных специалистов, устаревшее оборудование и слабая цифровизация процессов сдерживают рост производительности и не позволяют в полной мере использовать эффект масштабирования. Высокие процентные ставки по кредитам дополнительно ограничивают инвестиции в модернизацию, делая обновление производственной базы экономически рискованным.

К внутренним проблемам добавляются и внешние факторы. Санкционные ограничения существенно сократили доступ на традиционные экспортные рынки, прежде всего европейские. Переориентация на новые направления требует времени, перестройки логистики и адаптации продуктовых линеек под иные требования и стандарты.

На внутреннем рынке при этом усиливается конкуренция со стороны импорта мебели и изделий из дерева из стран Азии, где производители обладают ценовыми преимуществами за счёт масштабов производства и более низкой стоимости рабочей силы.

В совокупности эти факторы приводят к тому, что традиционная модель роста за счёт розничных продаж перестаёт быть устойчивой. Для сохранения объёмов и загрузки мощностей компании всё чаще вынуждены искать более стабильные и прогнозируемые каналы сбыта — прежде всего в сегменте B2B и государственных закупок.

Государственная поддержка: окно возможностей

Государственная политика последовательно смещает фокус с экспорта сырья на развитие глубокой переработки и насыщение внутреннего рынка. В числе ключевых инструментов поддержки отрасли:

• Приоритетные инвестиционные проекты (ПИП);
• Транспортные и экспортные субсидии;
• Льготные займы под 3–5%;
• Меры поддержки малого и среднего бизнеса;
• Таможенная защита внутреннего рынка.

При этом универсальным фильтром доступа ко всем этим мерам остаётся подтверждение российского происхождения продукции, в том числе через включение в реестр Минпромторга.

Государственные и коммерческие тендеры: где деньги

Закупки мебели, пиломатериалов и изделий из дерева осуществляются через Единую информационную систему (44-ФЗ, 223-ФЗ), а также корпоративные электронные площадки.

Примеры тендеров — мебель, дерево, пиломатериалы (2025–2026)

Ключевой момент заключается в том, что во многих подобных закупках наличие записи в реестре Минпромторга является прямым и обязательным требованием для допуска к участию.

Реестр Минпромторга: что уже можно и нужно вносить

Продукция из дерева — статус в реестре Минпромторга

Почему реестр — это деньги, а не бюрократия

• Продукция, включённая в реестр, получает доступ к тендерам;
• Отсутствие записи ведёт к автоматическому отклонению заявки;
• Реестр обеспечивает приоритет в рамках политики импортозамещения;
• Реестр открывает доступ к мерам государственной поддержки и субсидиям.

Фактически реестр Минпромторга формирует новый рынок сбыта, закрытый для тех производителей, которые в нём не представлены.

2026 год обещает быть непростым: стагнация, давление на экспорт и рост конкуренции сохранятся. В этих условиях выигрывают не самые крупные компании, а те, кто быстрее адаптируется к новым правилам. Включение продукции в реестр Минпромторга становится способом встроиться в государственный спрос, обеспечить стабильную загрузку производственных мощностей и сохранить маржинальность.

Если вы рассматриваете возможность включения продукции в реестр Минпромторга или уже сталкивались с отказами, доработками и затягиванием сроков, имеет смысл разобрать ситуацию до подачи или повторной заявки. Мы проводим бесплатную первичную консультацию для производителей деревообрабатывающей и мебельной отрасли: оцениваем готовность продукции к внесению в реестр, выявляем потенциальные риски и подсказываем, как повысить шансы на успешное включение без лишних затрат времени и ресурсов.